mama

5 сент. 2010 г.

интерпретация "колобка", которая меня очаровала

Разве не удивительно, что такой странный и маловразумительный текст, как сказка «Колобок» так нравится многим и многим поколениям малышей? Вот и Ульянкино время пришло: слушает, да еще как внимательно. И каждый день как первый раз. А раз рядом со мной есть такой эксперт, рискну проанализировать сказку. Мощной поддержкой будет дочкино мнение, в помощь – Пропп и след орды аналитиков в моей голове.

Вся сказка построена на метафоре еды – все хотят съесть Колобок и он убегает, пока не будет все-таки съеден лисой. Когда дочка слушает сказку, четко видно, что самые энергетически насыщенные моменты – это убегание и упоминание о еде. А уж после того как лиса: «Ам!» - и съела колобка – настоящий взрыв радости. Один в один как игра в догонялки: так же акценты на убегании и поимке. И как догонялки будут испорчены, если ребенка не поймать и не потискать (как такого сладкого не съесть?), так и сказка про Колобка без лисы не получится. Напрашивается вывод, что это как раз тот случай, когда поедание – метафора любви, полного принятия объекта. Дальше подробнее.


Сказка начинается так: «Жили да были старик да старуха; у них не было ни хлеба, ни соли, ни кислых щей». Кратко описана ситуация бедности. Сами слова – «старик, старуха» - менее колоритные, чем, например «дед и бабка». Есть два старых голодных существа. И вот они решают сотворить, и не просто что-то, а колобок. Круг, шар. Так часто обозначают самость – юнгианский архетип единства сознательного и бессознательного человеческой психики. Получается, Колобок – это первая попытка ребенка осознать себя отдельным от мира. А мир, от которого он отделяется, неярок и беден.

Интересно создание Колобка: «Пошел старик по сусекам скрести, по коробам мести. Собравши немного муки, стали месить колобок. На масле смесили, на сковороде прягли и на окне студили».
Резюмирую что поняла: Колобок получился из того очень немногого материала, который уже был в тусклом бедном мире. А как много действий совершается: на 2 предложения 5 глаголов и деепричастие. Сразу вспоминается, что и в речи ребенка вначале преобладают глаголы, чуть отстают от них существительные. Последними появляются прилагательные. То есть, начинает себя осознавать ребенок тогда, когда с ним что-то делают. И как только появляется возможность – каждый здоровый малыш начнет действовать сам. Первые передвижения ребенка – повороты с боку на бок: покатился Колобок! А уж как только детку начали слушаться конечности, появляется направление движения – от мамы. И не так уж важно куда.

Взрослые часто приписывают агрессивные намерения создателям колобка. В сказки об этом нет ни слова: «На масле смесили, на сковороде прягли и на окне студили. Колобок соскочил да и убежал». А вот радость Колобка по случаю побега очень даже отражается в его хвастливой песенке. Сама песенка отдельного внимания заслуживает. Колобок каждый раз повторяет кто он и перечисляет все события своей жизни. Так и маленький ребенок раньше всего усваивает свое имя, начинает реагировать на него. Первые интересные разговоры, конечно, о том, что происходит с малышом, что он делает и только что сделал. Песенка Колобка – как декларация отдельности и самостоятельности маленького существа. Последняя строчка: «И от тебя … убегу!» - отражает уверенность в своих силах, каждой здоровой личности присущую.

Звери, которых Колобок встречает - не очень ясные мне образы. Все они мужского рода и идут по нарастающей: маленький безобидный заяц, сереньких волчок и, наконец, медведь. Образ волка можно считать довольно страшным, но именно тут для него выбраны очень уж негрозное обозначение: серенький волчок. Так же в сказке про теремок волк не играет агрессивной роли и называется «волчок, серенький бочок». Куда более грозно звучит просто «волк». А ведь еще бывает «волк, зубами щелк». Колобку же встретился серенький волчок – уже по одному звучанию образ не многим более грозный, чем заяц. Медведь – это уже страшнее. Большой такой хищник. Тут так и хочется понизить голос, чуть напугать. Возможно, это пик тревожных переживаний, на которые способен младенец.
И вот наконец Колобок встречает «черемную лисицу, баять мастерицу». Образ женский, яркий (черемный по Далю - красный, рудой, рыжий). Явно притягательный, интересный Колобку – ведь от всех предыдущих зверей он убегал сразу, а тут, видимо, ждет какой-то реакции на свою песенке. Ах, не услышала! И Колобок сам движется ближе и ближе (на губу, на язычок).

Способ поглощения: «Она — хам! — и съела его». – проглатывание целиком, не разжевывая. Речи о том, чтобы Колобок так же целиком, как Красная Шапочка, вернулся, еще не идет. Что опять же наводит на мысли об очень маленьком ребенке, которому сосание пока ближе, чем жевание, а мамина защита важнее автономности.

Я думаю, что весь путь Колобка – дорога младенца от мамы к маме. Она прикасается к ребенку и он начинает осознавать себя - буквально ощущая границы своего тела. Так мама «лепит» свое дитя, ядро его личности. Но одних прикосновений мало. Малышу нужно самому перейти к действию, заявить о своем существовании миру. И он отправляется в путь от мамы серой, скучной, немой к маме яркой, с ясной речью. Нужно несколько раз отвергнуть других (что малыш и делает чуть возраст перевалит за год) и так узнать о существовании своей воли и утвердиться в этом знании. Образ лисы – метафора новой мамы, мамы, которую малыш видит более четко, как единый образ, чью речь понимает, с кем хочет контактировать. Что важно: мир, из которого Колобок убегал, заботился о нем, любил его (я понимаю желание съесть как безусловное и полное принятие) и так же вновь обретенная мама любит малыша, что и демонстрирует. Видимо, малышу необходимо много раз потерять ощущение единства себя с мамой, чтобы снова встретиться и слиться, раствориться в маме – уже на другом уровне. И так до тех пор, пока метафора не устареет и не наскучит. Тогда понадобится новая, более взрослая сказка.

взято отсюда, там еще другие версии, но таких волшебных,  щемяще-нежных как эта больше нет

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Что скажете?